ИДВ РАН  
 
25.09.2018 г.  
О научной конференции, посвященной видному советскому исследователю Восточной Азии и писателю Роману Николаевичу Киму Печать
09.06.2016 10:22

26 мая в Институте Дальнего Востока РАН состоялась международная конференция, посвященная видному советскому исследователю Восточной Азии и писателю Роману Николаевичу Киму, организованная ИДВ РАН и Ассоциацией японоведов. В работе конференции приняли участие исследователи России, Республики Корея, Японии и США.

С приветствием к собравшимся обратился сопредседатель оргкомитета конференции, руководитель Центра корейских исследований ИДВ РАН к.полит.н. А.З. Жебин. Р.Н. Ким по праву является представителем яркой плеяды советских и российских корейцев, чьи таланты сумели проявиться и достойно послужить их второй родине. Судьба этого незаурядного разведчика и талантливого автора знала взлеты и периоды суровых испытаний, которые он с честью выдержал, оставив нам немалое литературное наследие, ценность и полнота которого еще далеко не раскрыты. Нынешнее обращение к его творчеству и судьбе – еще одно подтверждение духовного возрождения России и нашего стремления назвать тех, кто верой и правдой служил ей, поименно.

В приветственном слове президент региональной общественной организации "Потомки борцов за независимость Кореи" к.т.н. В.В. Цой, поблагодарил участников представительной международной конференции в честь российского корейца Романа Николаевича Кима, открывающей ещё одну славную страницу в истории российских корейцев. Он рассказал о выдающихся корейцах в России и СССР, внесших большой вклад в развитие страны. Он отметил, что его дед Пётр Семенович Цой и отец Р.Н. Кима - Николай Николаевич Ким были соратниками по борьбе.

В своем докладе «Корейская оппозиция японскому владычеству в Приморье в конце XIX - начале XX вв.» модератор конференции, ведущий научный сотрудник ЦКИ ИДВ РАН Ким Ен Ун напомнил, что поселение корейцев на постоянной основе в России началось осенью 1863 г. Их миграция была связана с экономическими причинами и была отнюдь не массовой. Но с усилением японского влияния, захватом японцами рынка, финансов и политических позиций в Корее нарастает политическая эмиграция из Кореи и прежде всего в Россию.

Если в 1891 г. корейцев в Приморье было 12857 чел, то в 1898 г. - 23000, в 1899 г. - 27000 и в 1902 г. – 32380 корейцев. Установление протектората Японии над Кореей увеличило политическую эмиграцию и к 1910 г. в Приморье проживало 51052 корейца. После аннексии Кореи Японией поток еще больше возрос и в 1914 г. корейцев уже было 63949, в 1917 г. – 81825 человек. После Октябрьской революции число мигрантов нарастало еще большими темпами и в 1937 г. на Дальнем Востоке СССР проживало около 200 тыс. корейцев, большая часть которых были уроженцами Кореи.

В ответ на японские действия по захвату Кореи начинается сопротивление корейского народа, которое принимало разные формы. Были мирные формы, а были и вооруженные формы борьбы, например, действия вооруженных отрядов «Ыйбен» (Армия справедливости). Первый отряд «Ыйбен» в России был сформирован в 1906 г. в Посьетском районе Петром Семеновичем Цоем. Эти отряды совершали налеты на японские воинские гарнизоны и посты в Северной Корее. В 1905-1919 годах центром зарубежного корейского сопротивления японской захватнической политике в Корее был Дальний Восток России. Поэтому не случайно, что два российских корейца Мун В. А. и Ли Дон Хви были избраны министрами первого состава Временного Правительства Республики Корея, провозглашенного в апреле 1919 г. в Шанхае. В годы японской интервенции в Приморье в 1918-1922 годах корейские вооруженные отряды принимали активное участие в борьбе против японских войск. Многие революционеры из числа российских корейцев направлялись на подпольную работу в Корею в годы японского колониального владычества.

С докладом «Родина против родины. Противостояние японского и корейского национализма через призму биографии Р.Н. Кима» выступил писатель, японовед А.Е. Куланов, автор книги «Роман Ким», вышедшей в марте 2016 г. в известной серии «Жизнь замечательных людей» издательства «Молодая гвардия», а также многих публикаций о Р.Н. Киме. Р.Н. Ким, считает докладчик, пережил сложную эволюцию национального самосознания. Рожденный в семье корейского подпольщика, тесно связанного с антияпонским сопротивлением, он вырос в семье японского националиста, и пережил в школе издевательства, связанные с национальной принадлежностью. Р. Ким оказался свидетелем преследований корейцев, живших на территории русского Приморья японской армией и полицией, сам едва не расстался с жизнью, что укрепило Кима в его антияпонских настроениях. Все это объясняет его оперативную работу против японской разведки. Вместе с тем, как профессиональный японовед, получивший образование в Восточном институте (г. Владивостоке), и ставший крупным знатоком японской культуры и психологии, он сумел освободиться от ненависти ко всему японскому, которая была присуща ему в молодости. Годы и опыт, тюрьма и война, привели к окончательному выбору Кимом в качестве родины не Японии и не Кореи, а СССР. Пережитое и переосмысленное сделали восприятие писателя более взвешенным и спокойным. Его японские друзья стали просто друзьями, а не одновременно объектами для наблюдения, его литературные интересы выплеснулись за пределы Дальнего Востока и охватили весь мир. Можно сказать, что на склоне лет в его душе наконец-то поселились мир и гармония.

Историк, консультант дома-музея Юлиана Семенова в Крыму А.В. Репин в докладе «Роман Ким и Юлиан Семёнов: эволюция жанра остросюжетного политического романа в отечественной литературе», отметил большое влияние, которое оказал Р. Ким на творчество Юлиана Семёнова. Личность и творчество Р.Н. Кима, незаслуженно находившиеся в тени на протяжении нескольких десятилетий, открывают перед исследователем подчас уникальные возможности по изучению истории отечественной литературы ХХ века и, в частности, развития жанров детективного и остросюжетного политического романа. В 1962-64 гг. Р.Н. Ким, как очевидец и участник исторических событий, выступил в качестве источника сведений, использованных Ю.С. Семеновым в романе «Пароль не нужен» и послужил прототипом для одного из героев романа – подпольщика Чена.

Историк, научный сотрудник Института восточных рукописей РАН Ф.В. Кубасов в своем докладе «Р.Н. Ким как зачинатель исследований ниндзюцу в отечественном японоведении» рассказал о результатах своих исследований по столь популярной ныне в мире проблеме ниндзя. Первым человеком, более-менее подробно рассказавшим о синоби на русском языке (а возможно, и вообще первым за пределами Японии) был Р.Н. Ким, и сделал он это в 1927 г. в тексте под названием «Ноги к змее», являющимся глоссами к книге Б. Пильняка «Корни японского солнца». Докладчик поставил вопрос о том, в какой мере сам Р.Н. Ким применял (или мог применять) методы ниндзюцу в своей работе на спецслужбы.

Профессор университета Досися (г. Киото, Япония) Саканака Норио в своем докладе «Психоанализ в детективном романе, вопросы иронии и юмора в творчестве Р.Н. Кима» раскрыл малоисследованную тему иронии и юмора в политическом детективном романе на примере творчестве Р.Н. Кима, что дает возможность с необычных позиций рассматривать вообще все его художественное литературное творчество.

Несмотря на недоверие к детективной фантастике, Ким выбрал именно этот жанр, и этот выбор полон иронии. Общая черта сюжетов его произведений такова: случается что-то непостижимое, и сыщики приступают к расследованию, но то, что казалось тайной, оказывается в конце просто иллюзией или недоразумением. Другим странным пунктом работ Кима является превращение загадочного феномена в иллюзию, что аналогично с представлениями о юморе в теории Фрейда. Преступления происходят, и детективы приступают к их разрешению, но в конце сюжета оказывается, что их первоначально не существовало.

В докладе профессора-русиста университета Чунан (г. Сеул, Республика Корея) Ким Хон Чжуна «Образ рассказчика глосс «Ноги к змее» отмечается, что «Корни японского солнца» Б. Пильняка представляет собой необыкновенную прозу по своей литературной форме. Особое свойство «Корни японского солнца» — огромное количество глосс. В отличие от обыкновенных примечаний, оформленные под собственным названием (то есть, как бы отдельное произведение), эти глоссы не только объясняют непонятные русским читателям ситуации и обстоятельства, но и описывают и углубляют текст Пильняка. Именно «Ноги к змее: глоссы» написаны Романом Кимом. Они объясняют текст Пильняка, одновременно часто раскрывая личность Романа Кима как комментатора в полухудожественном стиле. В «Корнях Японского солнца» повествователь является в образе осмотрительного путешественника, а рассказчик «Ног к змее» выступает в качестве корейского интеллигента, социалиста, японского былинника и оратора. Одновременно применяя стили комментариев, лекции, эпизодов, газетной статьи и статических данных к глоссам, Ким строит новую художественную прозу.

Профессор университета штата Индиана (США) Хироаки Куромия в своем докладе «Роман Ким в контексте российско/советско-японо-американских отношений» коснулся малоисследованной темы советско-американского сотрудничества в годы существования Дальневосточной Республики, а также в годы Второй мировой войны. В годы Второй мировой войны СССР сотрудничала с США в качестве союзника, но после ее окончания бывший союзник вдруг стал врагом Номер Один. Как Ким воспринимал политические игры империалистических держав?

Ким хорошо понял суть международной политики и считал жертвование своей жизни на пользу своей Родины святым долгом. Роман Николаевич был супер-эффективным оперативником контрразведки против Японии. Однако эта жизнь оказалась трагедией: он был репрессирован, как и его жена, хотя оба остались живы. Но он посвятил свою жизнь целиком своей Родине - Советскому Союзу.

Литературный редактор издательства «Молодая гвардия» М.Н. Береснева в своем сообщении «К вопросу о корейской самоидентичности Р.Н. Кима» отмечает, что в докладе А.Е. Куланова «Родина против родины» отмечены два момента национальной самоидентификации Р.Н. Кима:

1. Переход от осознания себя корейцем к обобщенному и объективному восприятию японцев при сохранении враждебного к ним отношения.

2. Преодоление ненависти конкретно к японцам и переход к "советскому" отношению к ним, как части империалистического мира.

Участники конференции также отмечали глубокие исследования Р.Н. Кима о социально-экономических проблемах развития стран Восточной Азии, о культуре Японии в целом и литературе, в частности. Можно только сожалеть, что нынешние студенты не знакомы с глубоким пониманием состояния и тенденций развития японской литературы, данным в опубликованном в 1934 г. его исследований «Три дома напротив соседних двух», как и ранее опубликованных его работах о Японии.

Ким Е. У., в.н.с. ЦКИ ИДВ РАН

 
Сотрудники ИДВ РАН в СМИ
Copyright © 2012 ИДВ РАН При полном или частичном использовании материалов сайта ссылка на источник(www.ifes-ras.ru)обязательна.