XV Всероссийская научная конференция «ФИЛОСОФИИ ВОСТОЧНО-АЗИАТСКОГО РЕГИОНА Печать
19.06.2009 16:35
18-19 мая 2009 г. в Институте Дальнего Восторка РАН прошла XV Всероссийская научная конференция «ФИЛОСОФИИ ВОСТОЧНО-АЗИАТСКОГО РЕГИОНА (КИТАЙ, ЯПОНИЯ, КОРЕЯ) И СОВРЕМЕННАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

 all_1.jpg

 kobzev.jpg

 

  Г.А. Аманова 
 ИВРАН  
КОРЕЙСКАЯ ПОЭЗИЯ 20-Х ГОДОВ ХХ ВЕКА В КОНТЕКСТЕ ДИАЛОГА КУЛЬТУР

  Китайская культура, литература играла важную роль в духовной жизни корейского общества на протяжении многих столетий, вплоть до последней четверти XIX века. Но в конце 70-х годов ситуация изменилась, Корее была вынуждена подписать ряд неравноправных договоров с ведущими западными державами и открыть страну для внешних сношений. Возникшие культурные и деловые отношения с иностранными государствами и, прежде всего, с Японией послужили важным импульсом к серьезным сдвигам в общественном сознании, в формировании новой культуры. Они способствовали стремительному проникновению в страну новых идей, художественных концепции западной и японской литературы, что в свою очередь привело к переосмыслению традиционного канона и формированию нового художественного мышления. Опыт общения с инонациональной культурой, литературой прослеживается в творчестве современных поэтов, выпустивших такие сборники, как: «Песня медузы» («해파리의 노래») Ким Ока (김억) (1893-?), «Душа Кореи» («조선의 마음») Пён Ён Ро (변영로) (1898-1961) и «Прекрасный рассвет» («아름다운 새벽») Чу Ё Ханя (주요한) (1900-?).  


В.Б. Виногродская
ИДВ РАН
АФОРИСТИЧНОСТЬ ПАРАЛЛЕЛИЗМА «ТЕНИ УСКОЛЬЗАЮЩИХ СНОВ»


В докладе анализируется выразительный потенциал параллелизма в цинском сборнике афоризмов «Тени ускользающих снов» (Ю Мэн ин, Чжан Чао). Показано, как параллелизм позволяет создавать богатую фактуру текста и яркие метафоры при минимуме стилистических средств:
Механизмы использования параллельных комплексов рассматриваются с выборочными статистическим выкладками, графическими представлениями и литературными переводами на русский язык. Подробно описаны 1) приемы параллельного и перекрестного раскрытия понятий в паре, 2) комбинаторные и иерархические перечисления, классификации и последовательности в сложных параллельных комплексах 3) табличные конструкции связанных друг с другом параллелизмов. Продемонстрирована самодостаточность параллелизма в организации высказывания а также способы его взаимодействия с непараллельным текстом. В заключении описаны отличия параллелизма у Чжан Чао от ранней философской прозы и произведений параллельного стиля (пянь вэнь) IV-VI веков.

galenovich.jpg



Ю.М. Галенович
ИДВ РАН

«ЭР ЧЖУН БИ ЦЗЭ ЦИ И – НАДО ДЕЛАТЬ ВЫБОР: роль и место альтернативы в истории Китая за последние сто лет»

В докладе говорится, что в истории Китая за последние сто лет, в том или ином виде, возникала и существовала альтернатива применительно к взглядам на мир и место в нем человека, в частности, на соотношение между понятиями «человек» и «государство», в том числе на государственное устройство. В современной КНР в качестве альтернативы прежней теории классовой борьбы выступает установка на гармоничное общество. Существуют альтернативные взгляды на вопрос об оценке политики Мао Цзэдуна. Некоторые интеллигенты в КНР видят альтернативу между самовластием, с одной стороны, и Наукой и Демократией, с другой стороны. Полагают, что существует выбор между лозунгом «народ – это основа» и тезисом «человек – это основа». 10 декабря 2008 года в Интернете появился документ под названием «ЛИН БА СЯНЬЧЖАН – ХАРТИЯ 08». Он содержит в себе советы и предложения относительно возможных перемен в политической жизни. Речь идет об обновленной Конституции. Авторы «Хартии 08» считают, что состояние общества в Китае таково, что страна оказалась перед альтернативой, перед неизбежным выбором: либо сохранение существующего положения, либо перемены с целью перехода к демократии. Современные китайские националисты издали в марте 2009 года сборник «Китай не доволен»: он недоволен, с их точки зрения, и отношением к нему Запада и политикой собственной элиты – «новых конфуцианцев». Ветераны КПК излагают свои взгляды на «Две Гармонии»: «Общество Гармонии» в Китае и «Всемирную Гармонию» в журнале «ЯНЬ ХУАН ЧУНЬ ЦЮ» (№ 4 за 2009 год).

gorbunova.jpg



С.А. Горбунова
ИДВ РАН

«ПОЛОЖЕНИЕ БУДДИЗМА И ДАОСИЗМА В РЕСПУБЛИКАНСКИЙ ПЕРИОД»

Доклад был посвящен сравнительному анализу этих религий, последователи которых в количественном отношении преобладали среди других верующих. Однако главное внимание в нем уделялось состоянию даосизма в первой половине ХХ в., поскольку эта тема остается одной из малоизученных в отечественной историографии. Республиканский период (1911-1949 гг.) был хотя и сложным, но в целом довольно благоприятным периодом для обновления и развития китайского буддизма, что выразилось не только в создании общественных организаций, порожденных сангхой и являвшихся посредниками между ней и государством, но и в повышении ее образовательного уровня, активизации просветительской и культурной деятельности, стремлении участвовать в общественно-политической жизни страны. Даосизм, как и буддизм, оставался мощным традиционным верованием популярным в народный среде, привлекая большое число последователей благодаря разработанной системе и практикам народного целительства, а также гаданий и магии и совершения погребальных обрядов. Но в отличие от буддизма в этой религии не происходило бурных процессов обновления после установления республиканского строя. В целом проявлялась тенденция к религиозной замкнутости, хотя эпизодически наблюдалось некоторое оживление в даосской среде. Даосизм с большим трудом приспосабливался к новым социально-политическим условиям, вернее фактически отгораживался от общества, чем и объясняется слабая изученность положения этой религии в гоминьдановский период. Большинство духовенства оставалось на весьма ортодоксальных позициях, придерживаясь веры в сакральный характер императорской власти, а, следовательно, не воспринимая власти Гоминьдана. В заключении выступления отмечалось, что если в буддизме в республиканский период прослеживалась отчетливая тенденция возрождения, то в даосизме наблюдались лишь слабые импульсы. При внутреннем синкретическом единстве буддизма и даосизма эти узы в первой половине ХХ в. начали ослабевать.  


Е.А. Кий
 СПбГУ

«УЧЕНИЕ ДВУХ НОЧЕЙ» В БУДДИЗМЕ МАХАЯНЫ (НА ПРИМЕРЕ «ЛАНКАВАТАРА-СУТРЫ»)

Выступление было посвящено одному из фрагментов китайской версии «Ланкаватара-сутры», связанному с т.н. «учением двух ночей» (в тексте сутры это учение не получает специального названия). В рассматриваемом фрагменте текста утверждается, что Будда Шакъямуни за все время своей земной жизни, с ночи пробуждения и до ночи паринирваны, ничего не проповедовал и не произнес ни единого слова, пребывая погруженным в состояние глубокой медитации. В докладе был представлен перевод и анализ данного фрагмента сутры, на основании которых был сделан вывод о прямой связи «учения двух ночей» и общемахаянских доктрин и установок, согласно которым истинная реальность находится за пределами субъект-объектных различий, а также принципиально неопределима и невербализируема. 


  Кондрашова Л.И. 
ИДВ РАН
ЗАПАД И ВОСТОК В СВЕТЕ ТЕОРИИ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫХ МАТРИЦ


Современная институциональна теория объясняет размежевание двух путей общественного развития - восточного и западного - дуализмом основных регуляторов общественной жизни (рынок и государство) и преобладающих форм собственности (частная и государственная) Господство либо рыночного, либо государственного регулятора дает картину смены двух институциональных матриц в каждой из которых «рынки и иерархии» играют либо главную, либо дополнительную функции. Восточные страны развивались исторически по шаблонам «Х-матрицы» при слиянии институтов власти и собственности. Западный путь развития («У-матрица») был закодирован принципом разделения собственности и власти 
Опираясь на концепцию институциональных матриц, следует признать::
 равноценность двух путей исторического развития и отсутствие генетически запрограммированной смены одной системы другой:
 наличие двух основных формационных модификаций в рамках той и другой институциональной матрицы; 
идентичность «азиатского способа производства» как господства «государственного уклада» в цивилизационных особенностях Востока и концепции «У-матрицы;»
противоположность капитализма и социализма как логичных продолжений рыночной «У-матрицы» (капитализм) и «Х-матрицы» (социализм), что может, служить объяснением факта появления социалистических революций именно в восточных, а не западных странах.
необходимость реформ для выхода из периодически возникающих кризисов путем расширения комплементарных признаков системы
опасность перехода на другой тип развития, иначе говоря, слома первоначальной системы и потери национальной идентичности в случае, если доминантные и комплементарные признаки меняются своими местами.

krushinsky.jpg


А.А. Крушинский
ИДВ РАН

«ДВОИЧНАЯ СТРУКТУРА ПОНЯТИЙ И ЛОГИКА ИСТОРИЧЕСКИХ РАЗВИЛОК»


Выступление посвящено понятийным основаниям концепции историчности в китайской традиционной мысли. Вскрывается производность самой возможности выбора (которая, как известно, только и делает историю историей) от двоичной структуры понятий, образованных соположением двух противоположностей. В качестве общеизвестного примера подобного типа понятий приводится понятие «вещь», передаваемое в современном китайском языке сочетанием слов «вос­ток и запад» (дун си 東西). Один из возможных вариантов выбора, ассоциируемого с данным понятием, дает дилемма, зафиксированная известным чэнъюем (восходящим к легенде о не в меру смышленой невесте, пожелавшей в своей будущей семейной жизни делить стол с богачом, а ложе – с красавцем): «столоваться на востоке, а ночевать на западе (дун ши, си су東食西宿)». 
  Таким образом, показывается, что антитетичная структура двоичных понятий, имеющих форму аā (где ā – это понятие противоположное понятию а), выступает в роли необходимой концептуальной предпосылки самой идеи историчности – представляя собой последнее основание мыслимости разного рода исторических развилок.
  

kusnezoff.jpg


В.С. Кузнецов
ИДВ РАН

ВЕРОВАНИЯ И ТРАДИЦИИ В КИТАЕ (к постановке проблемы)

Инстинкт самосохранения порождал верования (суеверия) людей. Сознавая свое бессилие перед неподвластными ему явлениями, хань, как и представители других этносов, видят спасительный выход в том, чтобы умилостивить своим вниманием высшие, божественные силы.
Верования – не продукт отвлеченных размышлений, игра праздного ума, в основе их появления в значительной степени задействованы практические соображения, интересы самосохранения.
Авторитет светских правителей и духовных владык инициировали становление традиционных верований, сохранению их способствовала инерция общественного сознания, совокупности настроя индивидуумов, ставшей общей для этнического коллектива.


В.С. Палагин 
Евразийский центр управления проектами


ДИАЛОГ КУЛЬТУР И ЦИВИЛИЗАЦИЙ: РОЛЬ КИТАЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ В РАЗВИТИИ ПРОЕКТНОГО МЕНЕДЖМЕНТА В ЕВРАЗИИ

Успех китайской модели осуществления структурных реформ на переломе XX и XXI в. стал вечным укором российской практике управления. Глобальный финансово-экономический кризис наглядно показал: резко возросла актуальность обращения к региональному управленческому опыту Китая и других стран с динамично развивающейся экономикой.
Проектный менеджмент как средство реализации стратегии подчиняется в своем развитии фундаментальным законам философии, геополитики и др. Копирование технических деталей успешного чужого опыта – наиболее простой и наименее успешный путь. Самые эффективные инструменты слабо формализованы или не формализованы вообще, механическое их копирование невозможно и вредно, поскольку воспроизведение вне родной обстановки не приносит ожидаемых результатов. Однако, можно и нужно усваивать школу мысли, философию, логику. В современных условиях мы видим в китайской философии один из ключевых факторов развития проектного менеджмента России и Евразии.
Вот то, что можно усваивать: школа китайской мысли, школа китайской философии дает опыт иного мышления, позволившего добиться впечатляющих результатов в прошлом и настоящем. Китайская философия возникла примерно в то же время, что и древнегреческая и древнеиндийская философия, в середине I тысячелетия до н.э., а это весьма солидный возраст, до которого еще очень долго расти многим громко заявляющим о себе культурам.
Успешное противостояние Китая глобальному финансово-экономическому кризису подтверждает эффективность усвоения мирового опыта управления экономикой и проектами через фильтр национальных интересов и традиций, национальной философии. Аналогичный подход положен в основу Евразийского стандарта управления проектами, благодаря чему он может стать не просто инструментом для решения прикладных задач управления проектами, но средством эффективного развития диалога культур и цивилизаций.

  А.П. Шилов
ИДВ РАН

«О ТРЕХ ЛЕГИТИМНОСТЯХ ЦЗЯН ЦИНА»

В центре «внутрипартийной» конфуцианской дискуссии в последние годы оказался Цзян Цин, предложивший тщательно проработанный план преобразования общества на принципиально новой основе, который он изложил в своей книге «Чжунго чжэнчжи жусюэ» («Политическое конфуцианство в Китае»). Отличительной чертой его концепции является то, что он рассматривает конфуцианство как политическое учение и предлагает преобразовать политическую систему китайского общества в соответствии с конфуцианскими принципами. Основное содержание концепции заключается в следующем.
  Направлением китайского политического развития должно быть «ван дао чжэнчжи» («истинная политика»), а не демократия. Ядром «истинной политики» является идея «трех легитимностей» политической власти. Законна ли политическая власть? В «Гунъян» говорится: «Истинный правитель должен соединяться с небом, землей и человеком», «путь истинного правителя в трех единениях» (вандао тун сань), то есть лишь та власть законна, которая одновременно обладает тремя легитимностями: «небесной», «земной» и «народной». «Небесная легитимность» - это божественная, священная легитимность; «земная» - это культурно-историческая легитимность, рождающаяся в определенном географическом пространстве. «Народная легитимность» - это легитимность, основанная на признании народного волеизъявления, которое прямо указывает на то, желает ли народ подчиняться власти.
  «Истинная политика» предполагает, что авторитет власти строится на признании истины, уважении своей истории и воли народа. Все три легитимности должны существовать одновременно, авторитет власти оказывается не абсолютным при отсутствии хотя бы одной из них. В этом случае возникает кризис легитимности, что лишает политическую систему стабильности, устойчивости.  
  ИП на практике функционирует как парламент, вся административная система образуется парламентом и ответственна перед ним. Парламент состоит из трех палат, каждая из которых представляет одну из легитимностей. «Конфуцианская палата» (тун жу юань) представляет «небесную легитимность»; «Народная палата» (шу минь юань) - «народную легитимность»; «Государственная палата» (го ти юань) – «культурно-историческую легитимность». Каждая из палат обладает «сущностной» властью, все законы вступают в силу лишь после принятия их всеми палатами. При наличии таких прав у каждой из палат исключается возможность монополизации власти и осуществления контроля над политикой одной легитимностью (одной палатой).

lomanov.jpg



А.В. Ломанов
ИДВ РАН

«СПОРЫ УЧЕНЫХ КНР О "ЛЕГИТИМНОСТИ" КИТАЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ»


В начале нынешнего десятилетия среди китайской интеллигенции проявилось осознанное стремление воссоздать индивидуальность и целостность китайской академической традиции, преодолеть ограниченность пришедшего с Запада дисциплинарного деления общественных наук. Попытки поставить под сомнение западную методологию привели к дискуссии о «легитимности» (хэфасин) китайской философии. Поскольку представления о философии пришли в Китай с Запада на рубеже XIX – XX вв., участники обсуждения задались вопросом о том, является ли использование иностранных критериев для структурирования китайского культурного материала признаком подчиненного статуса национального наследия. В дискуссии появился националистический тезис о том, что Китай принял западную систему науки вместе с философией потому, что в конце XIX в. был слабее Запада. В ходе обсуждения проблемы появилось утверждение, что в современной системе научных дисциплин «китайская философия» была порождением взаимодействия культур Китая и Запада, это результат истолкования китайской мысли с помощью западной системы концепций, которая отличается от языковой системы и формы выражения в китайской традиционной философии. В этом случае можно говорить лишь о существовании «истории современной китайской философии», но не «китайской философии». Спор о допустимости «объяснения китайского при помощи западного» привел к попыткам заново осмыслить истоки формирования представлений об истории китайской философии, проследить исторический процесс конструирования «китайской философии» с помощью западных концепций и методов.


О.Н. Борох 
ИДВ РАН

«ТАН ЦИНЦЗЭН О КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЯХ КИТАЙСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ»


Получивший в 1920-е годы профессиональное экономическое образование в США Тан Цинцзэн (1902-1972) сыграл заметную роль в становлении экономической науки в Китае в республиканский период. В книге «История китайской экономической мысли» (1936) ученый представил глубокий и систематический анализ наследия доциньского периода. Тан Цинцзэн указывал на важность изучения истории китайской мысли, выявления соотношения истории экономической мысли с другими науками, использования сравнительных методов исследования экономической мысли Китая и Запада. Предпринятая ученым проекция достижений мировой экономической науки на древний материал утверждала ценность китайского наследия и открывала путь к китаизации экономических знаний. Большой интерес представляет попытка Тан Цинцзэна выделить и обобщить причины неразвитости китайской экономической мысли. Ученый указал на ее специфические мировоззренческие, социально-политические, этические и психологические аспекты, при этом он стремился рассматривать проблему в контексте развития мировой науки. Тан Цинцзэн стремился рассматривать проблему в контексте развития мировой науки. По его мнению, традиционная экономическая мысль Китая была простой по содержанию, смешанной с политической и этической мыслью, лишенной явно выделенных течений, что не дает оснований рассматривать ее как науку. Опыт выделения в древнекитайском материале того, что входит в сферу экономической науки, помогал преодолеть инерцию предельно широкой трактовки содержания экономической мысли. Рассуждения Тан Цинцзэна исходили из уровня развития мировой экономической науки первой четверти ХХ в. Современное расширение ее предметного поля и включение новой проблематики дают возможность выработать более позитивную оценку древнекитайской экономической мысли.

all_2.jpg
Обновлено 19.06.2009 19:13